Отношения между США и европейскими союзниками по НАТО переживают, пожалуй, самый серьёзный кризис за последние десятилетия. Вашингтон попытался возложить на европейцев бремя ближневосточного конфликта, ожидая от них либо прямого участия в военных действиях, либо помощи в разблокировке стратегически важного Ормузского пролива. Однако расчет не оправдался. Вместо привычной лояльности лидеры ЕС заняли жесткую позицию. О том, кто, как и почему проигнорировал требования главного гегемона планеты, — в нашей статье.
Вашингтон погрозил пальцем
Ситуация развивается стремительно и ставит под сомнение прежнюю модель, при которой Вашингтон привык диктовать условия. На этот раз слова американского лидера не возымели должного эффекта, а попытка давления натолкнулась на неожиданно твердую стену.
В европейских столицах дали понять: времена безоговорочного подчинения остались в прошлом. По информации из дипломатических источников, американский президент рассчитывал, что союзники по Североатлантическому альянсу возьмут на себя решение наиболее острых проблем в зоне Персидского залива.
Речь шла не только о военной поддержке, но и о разблокировании судоходства в Ормузском проливе, через которое проходит значительная часть мировых энергоресурсов. Однако Белый дом столкнулся с реальностью, к которой, судя по всему, оказался не готов.
Лидеры Европы дали понять: они учли ошибки прошлого
Американскому руководству пришлось услышать в свой адрес слова, прозвучавшие как откровение: атлантический блок не является частной структурой, которой можно распоряжаться по своему усмотрению. В Белом доме рассчитывали на быструю и безоговорочную поддержку, но получили вместо этого чёткий сигнал о самостоятельности европейских партнёров.
Весьма показательной стала реакция Лондона. Британский премьер Кир Стармер заявил, что его страна будет самостоятельно определять степень своего участия в любых внешних конфликтах.
Это заявление прозвучало как холодный душ для тех, кто привык воспринимать Великобританию как самого верного сателлита США. По сути, лидеру главной страны НАТО дали понять, что его полномочия в отношении блока не являются абсолютными.
«Ясно, что эта война не является делом НАТО. Это не её война. Мы не участвуем в ней. Так это и остается для правительства ФРГ», — в свою очередь заявил федеральный канцлер Германии Фридрих Мерц.
Мерц не поддержал войну с Ираном
Европейский ответ: вежливо, но твердо
Реакция на предупреждения из-за океана разделилась на два лагеря. Часть европейских лидеров ответила прямым отказом, подчеркнув, что не намерены повторять ошибки прошлого и втягиваться в авантюры, которые могут иметь непредсказуемые последствия для их собственных стран.
Другая часть предпочла демонстративно не замечать требований, сделав вид, что ультиматум просто не был услышан. Такой демарш для Вашингтона стал неприятным сюрпризом.
Традиционная дипломатическая практика, при которой американское руководство использовало фразу о «плохом будущем» для тех, кто не поддерживает его инициативы, на этот раз не сработала. Европейцы, обеспокоенные эскалацией на Ближнем Востоке, не захотели подставлять свои плечи под груз чужих геополитических расчетов.
Эксперты отмечают, что в европейских столицах, наконец-то, проснулось понимание собственных национальных интересов, которые не всегда совпадают с интересами заокеанского союзника. Это не значит, что трансатлантическое единство разрушено полностью, но трещина в нём обозначилась весьма серьёзная.
Запад начал понимать — кто в их компании лишний
Игра на нервах: чем грозит Трамп союзникам
Учитывая манеру поведения американского президента, его ответ на европейскую самостоятельность может оказаться неожиданным и жестким. Трамп не привык прощать публичное неповиновение, особенно когда речь идёт о вопросах военной и политической лояльности.
В арсенале Белого дома, как напоминают аналитики, остается несколько болезненных рычагов воздействия. В случае обострения ситуации Америка может, к примеру, пригрозить пересмотром условий участия в европейской безопасности. Вплоть до обсуждения вывода определенных контингентов или даже пересмотра ядерного присутствия на континенте.
Речь идёт о гарантиях, которые для Европы со времен окончания холодной войны оставались главным залогом её суверенитета. Некоторые эксперты полагают, что Вашингтон все же сумеет продавить нужное решение.
«После какой-то дискуссии европейцы поймут, что ситуация опасная. Возможно, пройдёт какое-то совещание по ситуации в Иране, и какую-то коалицию из европейских союзников ему удастся создать», — не исключает политолог Борис Межуев.
Европейцы, по его словам, слишком сильно зависят от американских систем безопасности, чтобы позволить себе окончательный разрыв. Однако методы давления, которые сейчас используются, могут надолго отравить отношения между союзниками. Шантаж и ультиматумы редко приводят к укреплению доверия, а без доверия любой военный блок превращается в формальность.
Трамп сдаваться явно не намерен
Российский фактор
У Вашингтона остается сильный аргумент в споре с европейцами — «российская угроза». Именно боязнь восточного соседа долгие годы сплачивала атлантический альянс и заставляла европейские правительства мириться с диктатом заокеанского партнёра. Этот страх Трамп, судя по всему, намерен использовать в качестве главного инструмента шантажа.
Показательно, что европейцы в последнее время предпринимали попытки наладить диалог с Москвой самостоятельно. Французский лидер направлял своих эмиссаров для переговоров, пытаясь выстроить параллельную линию коммуникации.
Однако Москва, как отмечают наблюдатели, не спешит идти на контакт с Европой, предпочитая выстраивать отношения с более широким кругом игроков на мировой арене. Это создает для европейцев сложную дилемму.
С одной стороны, они хотят сохранить самостоятельность в принятии решений и не участвовать в ближневосточных авантюрах США. С другой — их безопасность по-прежнему завязана на американские гарантии, и отсутствие диалога с Москвой оставляет их в подвешенном состоянии.
При любом раскладе будущее Европы незавидное...
В этой ситуации Вашингтон чувствует себя более уверенно, зная, что европейский выбор не так уж велик. Вопрос в том — способна ли Европа и дальше отстаивать свои интересы вопреки давлению Вашингтона, или трансатлантическая солидарность в итоге возьмёт верх над амбициями?









